Исправь ошибку на сайте:

Наши друзья:


Отрок.ua - Православный журнал для молодёжи Иоанн. Сайт для ищущих... аборт, мини аборт, контрацепция,

Помочь сайту:


через систему
WEBMONEY


R353509845705
Z233893528350

Полезное

Православная доска бесплатных объявлений
Консультация по грудному вскармливанию

Напечатать!


Все материалы нашего сайта можно беспрепятственно распечатывать сразу из броузера: вся лишняя информация (навигация, баннеры и пр.) отсекается автоматически.

Баннеры



Мягкость это не слабость

Источник:Нескучный сад №3(10) 2004

На враче-акушере лежит огромная ответственность за жизнь людей, а если он еще и начальник — то и за подчиненных, и за водопровод во вверенной больнице. Кроме умения нести ответственность необходимо еще «должное отношение к людям» — просто «должное отношение», и все, без всякого пафоса. Так ответил Вадим Олегович ЛОПУХИН на настойчивые вопросы корреспондента Анны ПАЛЬЧЕВОЙ.

— На ваш взгляд, акушерство — это мужская профессия или женская?

— Акушерство — строго иерархическая система, прямо как церковная. А еще это можно сравнить с армией, потому что здесь тоже с появлением вышестоящего начальника ответственность полностью перекладывается на него. Я, можно сказать, последняя инстанция, решение, принятое мной, последнее.

Акушерство — это постоянное невероятное эмоциональное напряжение. У тебя в руках две жизни, и ты до последнего момента не знаешь, что с ними будет. Ведь все наши методы исследования и контроля приблизительные. Пока мы в руки ребенка не взяли, мы ни в чем не уверены. Все время соотношение жизни и смерти колеблется. И так по несколько часов кряду. А нервы все это время у тебя на пределе.

— Что такое, на ваш взгляд, мужественность?

— Ответственность за свои поступки. Это простая, бытовая мужественность. Плюс должное отношение к окружающим, независимо от того, в какую ситуацию ты попадаешь. Такой мужественностью, конечно, может обладать и женщина. И зачастую женщина, особенно в нашей державе, оказывается более мужественной, чем мужчина. Женщина в России всегда тащила все тяготы жизни на себе.

— У вас подчиненные в основном женщины?

— В родильных домах и в акушерско-гинекологической службе вообще больше женщин, хотя это неправильно. Акушерство — тяжелая мужская работа. Физически и морально. К тому же по количеству времени, отдаваемого этой работе, женщина очень много отрывает от семьи, от детей. К несчастью, среди женщин, работающих в акушерстве (и акушерок, и врачей), много не устроивших личную жизнь.

У акушера по пять-семь дежурств в месяц. При нашей системе человек не идет домой после дежурства, а работает по 32 часа. Допустим, в девять у вас начинается рабочий день, с утра до трех вы занимаетесь своими больными. Потом заступаете на дежурство и с трех до девяти утра дежурите и оказываете неотложную помощь. А потом еще остаетесь на следующий день — больные ведь остаются — и только потом идете домой. Через два-четыре дня вы снова должны пройти этот цикл. Устроить личную жизнь просто некогда, а если кто и устраивает, то супруг или супруга часто не выдерживают такого ритма.

Так что сейчас эта специальность подразумевает работу в женском коллективе. Например, наша женская консультация — одна из крупнейших в Москве, и в ней нет ни одного мужчины. В роддоме — четверо мужчин на 18 врачей-акушеров, среди педиатров — один мужчина на десять женщин: А работать с женщинами-пациентками да еще в женском коллективе — для этого нужно иметь определенный навык.

— Может ли мужчина сопереживать рожающей женщине, понимать ее?

— Я всегда говорю своим докторам, что женщин нужно любить и жалеть. А женщины зачастую относятся к женщинам более жестко, чем мужчины. Женщины-врачи считают, что они больше знают, больше испытали и поэтому имеют на это моральное право.

Мужчина, конечно, не всегда может представить себе внутренние переживания женщины. Хотя, когда много работаешь с женщинами, психология меняется. Когда я, допустим, прихожу в хирургию и представляю себе, что я работал бы с пациентами-мужчинами да еще и в мужском коллективе, страшно становится. Совсем другой образ мыслей, разговоры, культура речи. У меня, например, это вызывает раздражение.

Беременных женщин надо просто понимать, хотя у многих женщин во время беременности возникают эмоциональные сдвиги, и это может довести до умопомрачения. Но опять же к этому привыкаешь.

— Как вы себя ощущаете, присутствуя при родах?

— Роды — это акт мистический. Важно, кто находится в

этот момент рядом с женщиной, кто принимает ребенка, с каким настроением он его принимает и как процесс родов проходит. От этого зависит и судьба ребенка. Есть врачи — прекрасные профессионалы, и руки у них золотые, но их нельзя подпускать к акушерству. Ведь все эмоции, которые испытывает врач, принимая роды, передаются матери и ребенку. Поэтому я всегда за то, чтобы из родов не делали трагедию, а воспринимали как естественный процесс. Наша задача — создать атмосферу. Не нагнетать напряженность, а разрядить ситуацию, даже при тяжелых родах.

— Как вы утешаете рожениц?

— Это зависит от человека. Кого по голове поглажу, за руку подержу, расскажу что-нибудь. К тому же о роженице надо всегда проявить заботу. Буквально в мелочах — принести воды или шоколадку дать. Человек сразу же расцветает. Или сказать: «Знаешь, милая, у нас тут еще и душ есть, и зеркало, можно себя в порядок привести, а не только зацикливаться на процессе родов».

— Вы хорошо относитесь к присутствию мужа при родах?

— Это сложный вопрос. Я был врачом, когда родились мои дочери, и имел возможность присутствовать при родах, но у меня не было такого желания. Мне это неприятно. Моя дочь будет скоро рожать, я могу контролировать ее роды, но стоять над душой до последнего момента я не буду.

А если говорить о других — я считаю, что это хорошо. Ничто так не дисциплинирует персонал, как наличие постороннего человека. Кроме того, женщине в родах нужен помощник и эмоциональный, и физический. Это может быть мама, муж или сестра. Да и время идет быстрее, если она не одна. Акушерки могут помочь в критический момент, могут проявить заботу, но они чужие. А здесь нужно тепло близких рук.

Вообще, я за партнерские роды. Но главное, чтобы муж был подготовлен. Он должен быть участником процесса родов, знать приемы обезболивания, помочь женщине принять определенные позы, уметь ее подбодрить, а не быть наблюдателем. Для этого есть специальные занятия.

Бывало, мужчины на родах в обморок падали, а у нас пол мраморный… Люди странные бывают — приходят на роды как в кино. А ведь роды длятся по 16–18  часов. Нужно взять с собой воды попить, сухариков или шоколадку. Другие, наоборот, собираются как в поход — с рюкзаками. А однажды пришел ко мне дяденька с вопросами о родах на бумажке — сто два (!) вопроса набраны на компьютере. Вот как проникся человек!

— Сколько вы приняли родов за свою врачебную практику?

— Не считал. Сейчас я редко принимаю. Меня зовут в трудных случаях, когда больная либо уже в критическом состоянии, либо близка к этому. А раньше бывало по 20 родов за дежурство.

— Неудачные роды у вас были?

— Конечно, были. У кого не было. По молодости ведь думаешь, что ты все знаешь, все умеешь. Это потом, лет через пять, профессия заставляет тебя понимать, что ты в общем-то ничего не знаешь.

— Как вы относитесь к домашним родам?

— Все зависит от традиции в конкретной стране, от медицинской культуры населения. Если эти традиции подразумевают домашние роды — пожалуйста. Здоровая женщина может родить где угодно, она должна сама родить. Ведь роды — акт физиологический. Если же с ней что-то происходит, значит, она нездорова, либо неблагоприятное стечение обстоятельств. Но здоровых людей становится все меньше и меньше. К тому же если женщина выросла в стране, где дома рожать принято, она с детства к этому готовится. В Голландии, например, до 50 процентов женщин рожают на дому.

Но они-то к этому привыкли, у них есть специальные акушерки. Раньше и в России так было.

А при нашей нынешней системе здравоохранения, в многоэтажных домах, где не работают лифты, и может не быть воды, и некому помочь, это небезопасно.

В православной среде это сейчас модно. У православных стремление рожать дома связано с убеждением в том, что все происходит по воле Божией. Но не нужно забывать, что в Православии учитывается и воля человека. Следует исходить из целесообразности. Если решили рожать дома, нужно к этому готовиться с самого начала и чтобы тебя готовил акушерский персонал, который потом и участвовал бы в этом.

— Кроме врачебной практики у вас еще есть административные обязанности…

— Долгое время я занимался тяжелыми больными и в административную работу не лез. А потом рухнул Советский Союз, пришлось закрыть роддом на капитальный ремонт, отремонтировать его, снова открыть. И вот тут потребовались административные навыки, которые во мне, наверное, были заложены генетически. Удалось собрать новый коллектив и создать хороший имидж родильному дому. У нашей больницы было очень хорошее название - Спасо-Перовский госпиталь мира и милосердия. Поэтому у нас в основном православный коллектив. Потом больницу, к сожалению, пришлось переименовать.

Я не карьерный администратор и пришел на эту должность, минуя все степени карьеры. Поэтому у меня нет внутренней суровости, которой обладают многие администраторы. Некоторые, может быть, считают, что это слабость. Я же, наоборот, думаю, что сила в том, чтобы хорошо обходиться с людьми, понимать их и соблюдать баланс сил, не доводить сложные ситуации до конфликта, не орать на всех и не расставлять по углам. Тем более что в медицине этого просто НЕЛЬЗЯ ДЕЛАТЬ. В медицине нужно культивировать морально-этические и душевные отношения, а не только административно-хозяйственные.

— Про вас рассказывают, что вы сами водопровод чините в своем роддоме. Это что — хобби?

— Нет, просто в детстве всему учили. Говорили: «В лагере все пригодится». Я даже какое-то время подрабатывал сантехником. И сейчас, действительно, при необходимости ремонтирую краны, мебель, оборудование в роддоме. К тому же пока там дождешься специалиста…

— А как относятся к этому пациенты?

— Никогда не забуду: потек кран, я пришел ремонтировать. А тут тетенька рожает. Заведующая родблоком ко мне подходит и говорит: «Вадим Олегович, тут у нас с пациенткой кое-какие проблемы, вы не посмотрите?» Я закончил чинить кран, переоделся, пришел в родзал. Давайте, говорю, посмотрим, что и как. Она как закричит: «Вы что, с ума сошли — слесаря мне привели!» Ей говорят: «Это не слесарь, а главврач». А она: «Вы что! Он же только что кран ремонтировал!»

Вадим Олегович Лопухин 15 лет руководит родильным домом при городской клинической больнице №70. По образованию акушер-гинеколог, специалист по кардиологической патологии и неотложным состояниям у беременных и рожениц. Кандидат наук, доцент кафедры акушерства и гинекологии Московского государственного медико-стоматологического университета. Автор более 130 научных работ.

Вадим Олегович — потомок древнего княжеского рода Лопухиных. О своей врачебной деятельности он рассказывает так: «За всю почти тысячелетнюю историю нашего рода я — первый врач. В этом был Промысел Божий. Когда я заканчивал школу, я тяжело заболел. Меня парализовало. А тогда для того, чтобы попасть в технический вуз, нужно было быть физически здоровым, не говоря уже о военных училищах. Выбор был — или педагогический, или творческий, или медицина. Художником я себя не видел, педагогом становиться не собирался. Осталась только медицина. Поступить мне было не трудно, потому что в школе я учился хорошо по всем предметам. А раз я поступил — надо учиться, а раз учиться — надо хорошо учиться. А раз уж я закончил хорошо пять курсов, так что ж, зря старался? Значит, нужно идти туда, куда сложнее попасть. Меньше всего народу брали в акушерство. А раз попал в акушерство — не просто же сидеть на месте, я и стал заниматься наукой. Это фамильная черта. Нам прививали с детства, что если Господь тебя поставил на то место, куда Ему было угодно, то нужно заниматься этим делом серьезно и добиваться совершенства».

Беседовала Анна Пальчева